Круговорот времени

Собрались как-то раз Прошлое, Настоящее и Будущее и заспорили, кто из них важнее.

– Настоящее – это будущее прошлого, – сказало Настоящее.

– А прошлое – это будущее настоящего и будущего, – парировало Прошлое.

Тропа, сплетённая в огромную восьмёрку посреди сумеречной равнины: в точке пересечения спорят старик со свитком, человек в луче света и полупрозрачная фигура из тумана, а сверху на них смотрит спокойное лицо древнего старца.
Прошлое, Настоящее и Будущее спорят, а Время только усмехается.

– Я всегда впереди! – гордо заявило Будущее. – За мной – грядущее.

– А я – связующее звено! – возразило Настоящее. – Без меня вас обоих нет.

Последним выступило Прошлое:

– Настоящее – сиюминутно, оно проходит. Будущее – неопределенно, оно всегда под вопросом. А меня всегда будут помнить.

Тем временем к спорщикам присоединилось Время. Выслушав всех и ухмыльнувшись, Время торжественно заявило:

– А я – вечно. Всегда было, есть и буду. А вы трое – это я, только в разное время.


Комментарии

Отправить комментарий

Популярные сообщения из этого блога

Prequel: "A Glitch in the Blueprints of Eden"

Изображение
  The Eastern Wall. The exact moment when the statics of righteousness met the first spark of doubt. Introduction The world of Gaiman and Pratchett established a remarkable precedent: an angel and a demon who became entirely too human for their respective home offices. But what if this "humanity" wasn't a mere bug in the system? What if, beneath their friendship, lies something far deeper than a simple exhaustion with the corporate ethics of Heaven and Hell? In this text, I have chosen to explore the concept of Inversion . Here, Good and Evil are but masks in a Divine "special operation," and our protagonists are agents whose memories of their true standing orders were scrubbed to ensure the authenticity of the game. It is an attempt to glimpse those blueprints of Eden that might have been shredded immediately after Creation. This is a dialogue with Gaiman about how this match began—a game where every move was calculated by the Architect in advance. ...
Читать дальше »

L'Elefante di Sirmione

Изображение
A volte l'elefante rosso faceva dei sogni — rari, pesanti, simili al lento movimento delle placche tettoniche. In questi sogni, cercava di comprendere la propria natura e quell'immutabile fardello che gli era stato affidato in mezzo al vuoto assoluto. In alcune visioni, gli sembrava di essere un antico Sisifo, ma capovolto, subordinato a una legge diversa, molto più sofisticata. Il Sisifo greco è condannato a un movimento eterno e furioso, a una lotta infinita contro la forza di gravità e la pendenza del pendio. L'elefante, invece, capiva che il suo destino era l'esatto opposto, ma non per questo meno schiacciante. Non era prigioniero di una pietra rotolante e non era schiavo della dinamica. La sua maledizione, il suo dovere assoluto, era un'immobilità totale e congelata. L'elefante si rendeva conto di essere condannato a rimanere una statua statica, un punto di riposo assoluto. In questo sogno, il cubo bianco esisteva solo finché la spalla rossa lo toccava. S...
Читать дальше »

Хранители сна

Изображение
История первая. Тот, кто живёт в шкафу Никто и никогда не включал свет достаточно быстро. Стоило щёлкнуть выключателю, как он уже успевал спрятаться в самый дальний угол, за зимние пальто и коробки со старыми ботинками. Поэтому люди сами придумали, как он выглядит. Они нарисовали ему острые зубы, когтистые лапы и горящие в темноте глаза. Тот самый пушистый и совсем не страшный Бука, который больше всего на свете боялся темноты. Иллюстрация к сказке Ильи Розенфельда. Бука сидел на нижней полке шкафа, обняв пушистые коленки, и тихо вздыхал. Если бы кто-то удосужился посмотреть на него при свете дня, миф о страшном монстре рухнул бы в ту же секунду. Бука был круглым, пушистым и невероятно мягким — на ощупь он напоминал тёплое кашемировое одеяло. У него были огромные, грустные глаза цвета молочного шоколада и маленькие ушки, которые смешно подрагивали от любого громкого звука. Больше всего на свете Бука боялся темноты. Именно поэтому он всегда селился в детских комнатах. Там часто оста...
Читать дальше »