Иов, Сизиф и я

У меня всё в порядке. Есть семья, дети, любимая женщина, успешная карьера. Но иногда мне хочется, чтобы всего этого не стало. Знаю, звучит странно, но ещё более странной может показаться причина.

Мужчина поздно вечером пишет за столом при свете лампы, за приоткрытой дверью спит его семья, а за окном на холме Сизиф катит в гору камень
Только боясь потерять то, что имеешь, ценишь его.

Мне кажется, что я хочу всё потерять, чтобы пройти через муки и лишения, страдания и боль. Непонимание, что со мной, почему это происходит. За что. Что я сделал не так. Как в истории Иова. Жить с этой невыносимой болью, с этим нескончаемым кошмаром. Цель – не сама потеря, а процесс преодоления. Осмысление. Привыкание к тому, что это невозможно изменить, что прошлое – всё, что у меня было – навсегда останется в прошлом. Его не вернуть.

Я представляю, как это происходит. Автокатастрофа. Я остаюсь один. Не слышу больше смеха своих детей, их звонких голосов, топота маленьких ножек. Не обнимаю жену, не чувствую её тепла. Не навещаю родителей... Всего этого нет. В каждом из сотен различных сценариев, которые всегда заканчиваются одинаково.

Абсурд? – Не более чем «Миф о Сизифе» Альбера Камю: камень, который снова и снова катишь в гору, и Сизиф, которого Камю предлагает представлять счастливым.

Зачем мне это? Вопрос логичный. Как и ответ: пройти через потерю, пусть только в воображении, – значит научиться ценить то, что есть. Только боясь потерять то, что имеешь, ценишь его. Именно боясь, ведь страх спасает жизнь. Мотивирует. Только ощущая иллюзорность завтра, понимаешь, что жить нужно здесь и сейчас. Только осмыслив, как с каждой секундой всё стремительно оказывается в прошлом, понимаешь, что нельзя обижать никого в надежде на прощение. Что нельзя не любить сегодня, уповая на то, что сможешь полюбить завтра. Нельзя думать о завтра, игнорируя сегодня. Ведь оно вскоре станет днём вчерашним.

Мысль о том, что всё это может исчезнуть в любой момент, подстёгивает меня жить и творить сегодня. И делиться с вами этими мыслями. Ведь, возможно, завтра меня уже не будет. Но останутся эти слова, которые, может быть, вдохновят кого-то… жить. Здесь и сейчас.

4 марта 2017 г., 22:11

Комментарии

Отправить комментарий

Популярные сообщения из этого блога

Prequel: "A Glitch in the Blueprints of Eden"

Изображение
  The Eastern Wall. The exact moment when the statics of righteousness met the first spark of doubt. Introduction The world of Gaiman and Pratchett established a remarkable precedent: an angel and a demon who became entirely too human for their respective home offices. But what if this "humanity" wasn't a mere bug in the system? What if, beneath their friendship, lies something far deeper than a simple exhaustion with the corporate ethics of Heaven and Hell? In this text, I have chosen to explore the concept of Inversion . Here, Good and Evil are but masks in a Divine "special operation," and our protagonists are agents whose memories of their true standing orders were scrubbed to ensure the authenticity of the game. It is an attempt to glimpse those blueprints of Eden that might have been shredded immediately after Creation. This is a dialogue with Gaiman about how this match began—a game where every move was calculated by the Architect in advance. ...
Читать дальше »

L'Elefante di Sirmione

Изображение
A volte l'elefante rosso faceva dei sogni — rari, pesanti, simili al lento movimento delle placche tettoniche. In questi sogni, cercava di comprendere la propria natura e quell'immutabile fardello che gli era stato affidato in mezzo al vuoto assoluto. In alcune visioni, gli sembrava di essere un antico Sisifo, ma capovolto, subordinato a una legge diversa, molto più sofisticata. Il Sisifo greco è condannato a un movimento eterno e furioso, a una lotta infinita contro la forza di gravità e la pendenza del pendio. L'elefante, invece, capiva che il suo destino era l'esatto opposto, ma non per questo meno schiacciante. Non era prigioniero di una pietra rotolante e non era schiavo della dinamica. La sua maledizione, il suo dovere assoluto, era un'immobilità totale e congelata. L'elefante si rendeva conto di essere condannato a rimanere una statua statica, un punto di riposo assoluto. In questo sogno, il cubo bianco esisteva solo finché la spalla rossa lo toccava. S...
Читать дальше »

Хранители сна

Изображение
История первая. Тот, кто живёт в шкафу Никто и никогда не включал свет достаточно быстро. Стоило щёлкнуть выключателю, как он уже успевал спрятаться в самый дальний угол, за зимние пальто и коробки со старыми ботинками. Поэтому люди сами придумали, как он выглядит. Они нарисовали ему острые зубы, когтистые лапы и горящие в темноте глаза. Тот самый пушистый и совсем не страшный Бука, который больше всего на свете боялся темноты. Иллюстрация к сказке Ильи Розенфельда. Бука сидел на нижней полке шкафа, обняв пушистые коленки, и тихо вздыхал. Если бы кто-то удосужился посмотреть на него при свете дня, миф о страшном монстре рухнул бы в ту же секунду. Бука был круглым, пушистым и невероятно мягким — на ощупь он напоминал тёплое кашемировое одеяло. У него были огромные, грустные глаза цвета молочного шоколада и маленькие ушки, которые смешно подрагивали от любого громкого звука. Больше всего на свете Бука боялся темноты. Именно поэтому он всегда селился в детских комнатах. Там часто оста...
Читать дальше »