Стих для Сары Марковны

Сара Марковна говорит, что женщины любят ушами. И что все они разные. И все красивые. И всем нравится, когда им признаются в любви и посвящают стихи.
Дорогая Сара Марковна, от имени всех мужчин посвящаю этот скромный вирш всем женщинам - в Вашем лице:

Женщина-снег, Женщина-слякоть,
Женщина-свет, Женщина-тьма,
Женщина-жёсткость, Женщина-мягкость,
Женщина-нет, Женщина-да.
Женщина-кислая, Женщина-мёд,
Женщина-грусть, Женщина-радость,
Женщина-пламя, Женщина-лёд,
Женщина-прелесть, Женщина-гадость.
Много их разных – на вкус и на цвет,
Заразных, прекрасных – Бабетт и Жоржетт.
Пускай заражает нас только их смех,
Пусть нас украшают и дарят успех!
Смеющаяся кудрявая женщина в кружевном платье с открытыми плечами сидит у туалетного столика при свечах, а вокруг в золочёных рамах зеркала показывают её разной: в снегу, в слезах, в инее с ледяным взглядом, в языках пламени, нежной среди цветов и лукавой с пальцем у губ.
Пускай заражает нас только их смех.

Комментарии

Отправить комментарий

Популярные сообщения из этого блога

Prequel: "A Glitch in the Blueprints of Eden"

Изображение
  The Eastern Wall. The exact moment when the statics of righteousness met the first spark of doubt. Introduction The world of Gaiman and Pratchett established a remarkable precedent: an angel and a demon who became entirely too human for their respective home offices. But what if this "humanity" wasn't a mere bug in the system? What if, beneath their friendship, lies something far deeper than a simple exhaustion with the corporate ethics of Heaven and Hell? In this text, I have chosen to explore the concept of Inversion . Here, Good and Evil are but masks in a Divine "special operation," and our protagonists are agents whose memories of their true standing orders were scrubbed to ensure the authenticity of the game. It is an attempt to glimpse those blueprints of Eden that might have been shredded immediately after Creation. This is a dialogue with Gaiman about how this match began—a game where every move was calculated by the Architect in advance. ...
Читать дальше »

L'Elefante di Sirmione

Изображение
A volte l'elefante rosso faceva dei sogni — rari, pesanti, simili al lento movimento delle placche tettoniche. In questi sogni, cercava di comprendere la propria natura e quell'immutabile fardello che gli era stato affidato in mezzo al vuoto assoluto. In alcune visioni, gli sembrava di essere un antico Sisifo, ma capovolto, subordinato a una legge diversa, molto più sofisticata. Il Sisifo greco è condannato a un movimento eterno e furioso, a una lotta infinita contro la forza di gravità e la pendenza del pendio. L'elefante, invece, capiva che il suo destino era l'esatto opposto, ma non per questo meno schiacciante. Non era prigioniero di una pietra rotolante e non era schiavo della dinamica. La sua maledizione, il suo dovere assoluto, era un'immobilità totale e congelata. L'elefante si rendeva conto di essere condannato a rimanere una statua statica, un punto di riposo assoluto. In questo sogno, il cubo bianco esisteva solo finché la spalla rossa lo toccava. S...
Читать дальше »

Хранители сна

Изображение
История первая. Тот, кто живёт в шкафу Никто и никогда не включал свет достаточно быстро. Стоило щёлкнуть выключателю, как он уже успевал спрятаться в самый дальний угол, за зимние пальто и коробки со старыми ботинками. Поэтому люди сами придумали, как он выглядит. Они нарисовали ему острые зубы, когтистые лапы и горящие в темноте глаза. Тот самый пушистый и совсем не страшный Бука, который больше всего на свете боялся темноты. Иллюстрация к сказке Ильи Розенфельда. Бука сидел на нижней полке шкафа, обняв пушистые коленки, и тихо вздыхал. Если бы кто-то удосужился посмотреть на него при свете дня, миф о страшном монстре рухнул бы в ту же секунду. Бука был круглым, пушистым и невероятно мягким — на ощупь он напоминал тёплое кашемировое одеяло. У него были огромные, грустные глаза цвета молочного шоколада и маленькие ушки, которые смешно подрагивали от любого громкого звука. Больше всего на свете Бука боялся темноты. Именно поэтому он всегда селился в детских комнатах. Там часто оста...
Читать дальше »